УПРАВЛЕНИЕ ЭКОНОМИКОЙ США В КРИЗИСНЫХ И ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ УСЛОВИЯХ: УРОКИ ДЛЯ РОССИИ

Последнее обстоятельство не могло радикально изменить и основное достижение администрации Рузвельта этих лет — огромный объем общественных работ, осуществленных по инициативе Рузвельта. В 1933-1939 гг. на эти цели было выделено из госбюджета10,5 млрд. долларов, не считая 2,7 миллиардов, израсходованных на общественные проекты при участии частного бизнеса. За счет этих средств было построено 122 тысячи общественных зданий, 77 тысяч новых мостов, 285 аэропортов, 664 тысячи миль автомобильных дорог, 24 тысячи километров канализации. Государственные средства вкладывались также в мелиорацию, лесоводство, оборудование портов, развитие средств связи. В общей сложности в 1933-1939 гг. на общественных работах было занято в то или иное время 8,5 млн. человек, что, конечно же, позволило дать заработок многим безработным, но не смогло сделать главное — обеспечить промышленный рост. Ибо для этого нужны капиталовложения не столько в экономическую инфраструктуру, сколько в само производство. А вот в эту область Рузвельт вплоть до начала второй мировой войны в сентябре 1939 г. предпочитал не вмешиваться.

Среди российских поклонников Рузвельта почему-то широко распространено мнение, что Рузвельт был в своих экономических взглядах кейнсианцем и, в частности, сторонником поддержания экономического роста даже ценой создания бюджетного дефицита. Эта точка зрения никак не подтверждается фактами, по крайней мере в период 1933-1939гг. Как отмечают американские исследователи, нет никаких доказательств, что Рузвельт вообще читал Кейнса. Правда, известно, что один раз, в 1934 г., он все же встречался с Кейнсом, но при этом встреча прошла холодно, и оба собеседника остались недовольны друг другом. Рузвельт не только не был кейнсианцем, но и, по свидетельствам современников, мало что могло его разъярить так, как предложения о принятии дефицитного бюджета. В первом же своем послании Конгрессу он призвал конгрессменов провести крупные сокращения государственного бюджета, и один из своих первых законопроектов по недопущению бюджетного дефицита он озаглавил «О поддержании доверия к правительству Соединенных Штатов». В частности, он сократил пенсии ветеранам-инвалидам с 40 до 20 долларов в месяц и неоднократно требовал от властей штатов сокращения чрезмерно высокой, по его мнению, зарплаты учителей.

Возникает естественный вопрос: А что, собственно, может использовать Россия из американского опыта 30-х годов для выхода из собственного тяжелейшего кризиса?

Конечно, если бы наши «реформаторы» и законодатели удосужились изучить принятое по инициативе Рузвельта законодательство, регулирующее финансово-биржевую деятельность, то самых одиозных безобразий в этой области России удалось бы избежать. В частности, не было бы скандальных залоговых аукционов, ибо законодательство США, как справедливо указывал процитированный выше Павел Бунич, запрещает банкам приобретать в собственность промышленные предприятия. Сергей Мавроди получил бы свои заслуженные 30 лет тюрьмы за строительство финансовой пирамиды. Попали бы в тюрьму за нарушение закона о распространении ложной рекламы даже Лёня Голубков, и Игорь, и Юля, и прочие симпатичные исполнители ролей в телевизионных роликах «МММ». Не был бы возможен и выпуск российскими компаниями собственных акций,с помощью которых, в частности, строились пирамиды. Рузвельт же добился принятия закона, согласно которому фирма может покупать собственные акции только за счет прибыли, так что покупка собственных акций ограничена размерами прибыли фирмы. (В ФРГ покупка собственных акций вообще запрещена законом).

Однако даже заимствование американского финансового законодательства вряд ли смогло бы серьезно изменить состояние реального сектора российской экономики и предотвратить ее спад, точно так же, как рузвельтовского законодательства оказалось недостаточно для преодоления американской депрессии 30-х годов.

Тем не менее, даже если бы российский парламент сумел принять финансовое законодательство по образцу рузвельтовского, оно вряд ли оказалось бы эффективным в российских условиях, ибо для функционирования рыночной экономики необходимы не только хорошие законы, но и знание общих принципов и правил такой экономики каждым человеком в той же мере, как и знание национального языка общения и правил уличного движения. Ведь уплата федеральных и фиксированных местных налогов, заполнение детальных налоговых деклараций, банковские проценты, кредит, займы на покупку жильяс погашением в течение 20-30 лет с меняющимися в разные годы процентами по закладным, постоянное изменение и разнобой в ценах, необходимость постоянной адаптации к инфляции, страхование имущества, жизни и здоровья, счета, чеки, отслеживание постоянных колебаний акций различных компаний и фондов являются неотъемлемой частью жизни типичного американца. Вряд ли подобное можно сказать о среднем россиянине.

Поэтому рассчитывать на то, что заимствование американского антикризисного законодательства 30-х годов само по себе смогло бы предотвратить развал реального сектора российской экономики, было бы просто наивным, ибо даже в гораздо более благоприятной рыночной среде США законодательные новации Рузвельта оказались нев состоянии вывести страну из депрессии.

Не приходится надеяться на преодоление нашего экономического кризиса и путем принятия обширной программы общественных работ подобной той, которая осуществлялась в рамках «Нового курса» Рузвельта. Эта программа имела не столько экономическую, сколько социальную направленность — снижение безработицы и предотвращение массовых беспорядков. Она была в значительной мере попыткой ответить на вызов СССР, который в эти годы представлял собой сплошную стройку, поражая весь мир полной ликвидацией безработицы. Когда в начале 30-х годов советское торговое представительство в Нью-Йорке «Амторг» объявило о наборе 6 тысяч квалифицированных специалистов для работы в СССР, на эти вакансии было подано свыше 100 тысяч заявок от американцев. Годы Великой депрессии являются единственным периодом в американской истории, когда эмиграция превысила иммиграцию.

Сейчас уже забыто, что именно советская плановая система была в то время для многих американцев образцом для подражания. Вот названия только нескольких книг, вышедших в США в 1932 году и посвященных СССР: «Советский рабочий» Джозефа Фримана, «Рассвет в России» Валдо Франко, «Путь к Советской Америке» Уильяма Фостера, «Новый экономический порядок» Керби Пейджа, «Социалистическое планирование» Гарри Лейдлера, «Россия сегодня: чему мы можем у нее научиться?» Шервуда Эдди.

Признавая политическую целесообразность проводившихся администрацией Рузвельта общественных работ, американцы никогда не считали их эффективным способом расходования бюджетных ресурсов. Не случайно после смерти Рузвельта США ни разу не попытались возродить подобные программы, считая их антирыночными и даже «ползучим социализмом».

Однако даже если бы в России появилось сильное правительство, способное на огромные организационные усилия, связанные с проведением крупномасштабных общественных работ, они бы оказались ему просто не по средствам. Даже если бы каждую копейку, которую Россия может выделить на инвестиции, она стала тратить на создание рабочих мест в строительстве, сельском хозяйстве, на транспорте и т.д., то скорее всего это оказалось бы далеко не самым эффективным путем расходования бюджетных ресурсов.

Ведь созданная в советские годы промышленная, научная, образовательная и транспортная инфраструктура настолько обветшала и не соответствует требованиям современной рыночной экономики, что уже через несколько лет ее проще будет строить заново. А о том, сколько это может стоить, свидетельствует опыт бывшей ГДР.Западная Германия расходует на ее интеграцию в собственную экономику около 100 млрд. долларов ежегодно на протяжении вот уже десяти лет (в 1996 г., например, — 160 млрд. марок), и тем не менее, по оценкам немецких специалистов, лишь к 2020 или 2030 г. восточные германские земли смогут достичь ѕ западногерманского уровня производства продукции и услуг на душу населения.

Так что рецепты «Нового курса» Рузвельта вряд ли пригодны для спасения разваливающейся российской экономики. К этому можно добавить, что перед Рузвельтом в 30-е годы не стояли такие дополнительные проблемы, как застарелые неплатежи государства за свои давно уже выполненные промышленные заказы, задержки пенсий и зарплаты работникам бюджетной сферы, а также дефицит госбюджета таких размеров, что его, как уже стало очевидно, невозможно покрыть никаким естественным путем.

Рузвельту также не требовалось изыскивать средства на содержание огромной голодной армии. В 1933 г., когда Рузвельт стал президентом, американская армия насчитывала 132069 солдат и офицеров, занимая по своей численности 16-е место в мире после Чехословакии, Польши, Турции, Испании и Румынии. На всю армию имелся только один персональный автомобиль — у начальника штаба армии генерала Макартура.

Значит ли это, что нам нечему поучиться на опыте администрации Рузвельта по выводу США из кризиса 30-х годов? Нет, не значит. Просто надо различать деятельность Рузвельта мирного времени (1933-1939гг.) и Рузвельта периода второй мировой войны (1939-1945 гг.).

Из депрессии США вышли не по «Новому курсу» Рузвельта,а благодаря созданной под его руководством системе мобилизационной перестройки экономики в годы второй мировой войны. Оправдались пророческие слова Кейнса, с которыми он обратился к американскому народу 29 июля 1940 г. в журнале «Нью Рипаблик»: «Ваши военные приготовления не только не потребуют от вас жертв. Наоборот, они явятся тем стимулом к увеличению индивидуального потребления и росту жизненного уровня, который не смогли бы дать вам ни победа, ни поражение нового курса».

И действительно, уже к 1941г. уровень промышленного производства достиг показателей 1929г., а в 1941-1945гг. США достигли темпов промышленного роста, считавшегося до этого немыслимыми, — 16,9% в год. За это же время инвестиции в производство выросли на 65%, мощность электростанций возросла на 75%, промышленное производство удвоилось, а прибыли промышленников выросли в5 раз. Объем железнодорожных перевозок увеличился с 490 млрд. тонна/км в 1939г. до 1081 млрд. тонна/км в 1944г. (см. таблицу 1 на стр.8).

И всё это было достигнуто отнюдь не за счет снижения жизненного уровня населения. Наоборот, реальная заработная плата за годы войны выросла на 50%, а потребление продовольствия на душу населения увеличилось на 15-25%. Особенно заметно выросло потребление мяса. Несмотря на то, что за годы войны численность занятыхв сельском хозяйстве сократилась на один миллион человек, США с помощью новых капиталовложений и применения более совершенной агротехники расширили сельскохозяйственное производство к 1944 г. более чем на одну треть по сравнению с концом 30-х годов.

Повышение жизненного уровня населения было достигнуто при гигантских масштабах выпуска военной продукции. За годы войны США произвели 300 тыс. боевых самолетов, 100 тыс. танков, 124 тыс. кораблей и судов всех классов, 41 млрд. единиц боеприпасов.

При этом в течение всей войны учетная ставка Федеральной резервной системы (Центробанка США) оставалась стабильной на уровне 1% в год и только в 1948г. впервые поднялась до 1,34%. Низкой на протяжении всей войны оставалась и инфляция, так что сбережения населения и прибыли промышленников к концу войны достигли весьма внушительных размеров.

Именно годы второй мировой войны, а вовсе не 30-е годы с их «Новым курсом» Рузвельта стали периодом появления американского экономического чуда, заложившего фундамент для построения нынешней единственной мировой сверхдержавы.

Разумеется, экономическое возрождение США во вторую мировую войну в сочетании с ростом жизненного уровня населения произошло не за счет роста выпуска вооружения. Ведь остальные страны-участники войны, в том числе и страны-победители (Англия и СССР), вышли из войны истощенными и обедневшими.

Таблица 1
Индексы производствапо отдельным отраслям промышленности США

отрасли /годы 1939 1940 1941 1942 1943 1944 Авиационная промышленность 100 245 630 1706 2842 2805 Производство боеприпасов и взрывчатых веществ 100 140 423 2167 3803 2033 Судостроение 100 159 375 1091 1815 1710 Локомотивостроение 100 155 359 641 770 828 Выплавка алюминия 100 126 189 318 561 474 Выплавка стали 100 131 171 190 202 197 Продукция пищевой промышленности 100 15 118 124 134 141 Производство шерстяных тканей 100 98 148 144 143 138 Производство мебели 100 110 136 133 139 135 Производство одежды 100 97 112 104 100 95

Секрет американского чуда заключается в том, что США удалось практически всю стоимость войны (а в разгар войны США тратили на военные цели до 45 % своего ВНП, то есть примерно столько, сколько тратила Англия или Германия) оплатить за счет экономического роста. А этот рост, в свою очередь, стал возможен в первую очередь благодаря гигантскому увеличению государственных закупок товаров и услуг (почти в 60 раз в 1944 г. по сравнению с 1939 г.), а также исключительным организаторским способностям и политической воле президента Рузвельта.

Изменение показателей государственных закупок и расходов населения на личное потребление показано в таблице 2.

Таблица 2
Валовой национальный продукт СШАв 1939, 1941 и 1944 гг.
(в млрд. долларов в ценах 1939 г.)

Годы ВНП Расходы населения на личное потребление Общая сумма частных капитало- вложений внутри страны Правительств. закупки товаров и услуг     Всего       Всего       Всего       1939 91,3 67,5 6,7 35,3 25,5 9,9 4,9 4,6 0,4 13,1 1,2 3,9 7,9 1941 115,5 76,6 8,9 40,1 27,6 17,1 6,1 7,2 3,8 21,1 11,1 2,7 7,3 1944 156,9 81,1 4,6 44,5 32,0 6,6 2,0 5,1 -5,0 71,3 64,2 1,2 6,0

Производство вооружения представляет собой, естественно, расточительство. Это то же самое, что грузить товары на баржи с целью их дальнейшего затопления в океане, так как оружие выпадает из воспроизводственного цикла.

Секрет феноменального подъема американской экономики в годы второй мировой войны заключается не в простом количественном наращивании производства, а в постоянном подъеме экономики в процессе производства по ступеням технологического роста. Военную промышленность США в эти годы можно сравнить с огромной исследовательской лабораторией. Всё, что эта лаборатория производила, представляло собой с экономической точки зрения никому не нужные вещи. И тем не менее связанные с этим потери с лихвой возмещались тем, что полученные в процессе изготовления военной продукции новые знания компенсировали все убытки, ибо вели к революционному росту гражданской экономики благодаря каскаду получаемых в лаборатории новых изобретений и технологий.

Именно в это время в США появились радар, первые ЭВМ и т.д.

Что касается атомной бомбы, то без нее не было бы и первогов мире завода с дистанционным управлением, первого полностью автоматизированного завода и первого абсолютно стерильного промышленного цеха площадью в тысячи квадратных метров.

Огромный рост производства в США произошел в годы войны не только и даже не столько за счет перевода гражданского сектора на военные рельсы и загрузки неиспользованных во время депрессии мощностей. Фактически в этот период США надстроили над своей депрессивной экономикой 30-х годов совершенно новую экономику на базе новейших технологий.

Фактически заново, например, была создана авиационная промышленность. До 1939 г. эта небольшая по объему выпускаемой продукции отрасль занимала 44-е место среди других отраслей промышленности. В момент ее наивысшего подъема (конец 1943 — начало 1944 гг.) стоимость ее продукции превышала 20 млрд. долларовв год и была в 5 раз выше стоимости продукции автомобильной промышленности США в ее рекордный довоенный год. Число занятыхв авиационной промышленности увеличилось с 40 тысяч человекв 1939 г. и 160 тысяч в июне 1940г. до 2 миллионов 202 тысяч в ноябре 1943 г.

За тот же период с июня 1940 г. по ноябрь 1943 г. количество занятых в судостроительной промышленности возросло со 168 тысяч человек до 1 миллиона 778 тысяч и в производстве артиллерийско-стрелкового вооружения с 21 тысячи до 1 миллиона 436 тысяч человек.

В течение первых трех лет перевода экономики на военные рельсы, начиная с середины 1940 г., США израсходовали на создание новых производственных мощностей столько же средств, сколько на производство вооружений.

Особенно большие капиталовложения США произвели в новейшее оборудование. В 1942 г. в стране было выпущено 307 тыс. станков, в 10 раз больше, чем в 1938 г. и в 50 раз больше, чем в 1933 г.

Общая численность рабочей силы в 1944 г. увеличилась более чем на 10 млн. человек. Если в 1941 г. в стране еще оставалось5,6 миллиона безработных (9,9% всей рабочей силы), то в 1944 г. их число уменьшилось до 670 тысяч человек (1,2% рабочей силы).