НОВОСТИ ВПК И ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА
Обзор по материалам СМИ № 27
(16–22 июля 2005 года)
 НА РЫНКАХ ВООРУЖЕНИЯ И ВОЕННОЙ ТЕХНИКИ
Европа
ЕС не готов к тому, чтобы в ближайшее время отменить эмбарго на поставки оружия Китаю — глава Еврокомиссии
Европейский Союз не готов к отмене эмбарго на поставки оружия Китаю в ближайшее время. Об этом заявил находящийся с визитом в КНР председатель Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу. «Нельзя прогнозировать сроки отмены эмбарго», — сказал он. «Снятие эмбарго на поставки оружия как цель остается неизменной, однако продолжают сохраняться некоторые препятствия. У 25 стран-членов Евросоюза в этом вопросе нет единства, а для принятия решения необходим консенсус», — отметил председатель Еврокомиссии.
Он также сообщил, что ЕС рассматривает вопрос о предоставлении Китаю статуса страны с рыночной экономикой. «Осталось соблюсти технические детали, обе стороны должны проделать подготовительную работу», — сказал Ж.М.Баррозу.
Жозе Мануэль Баррозу во время пребывания в Пекине провел переговоры с премьером госсовета КНР Вэнь Цзябао, был принят председателем КНР Ху Цзиньтао. Вопросы отмены эмбарго и предоставления Китаю статуса страны с рыночной экономикой были главными темами во время обсуждений, поскольку, по мнению Китая, их нерешенность не соответствует общему уровню развития отношений между сторонами.
Интерфакс, 16.07.05 г.
Армия Чехии будет укомплектована отечественными грузовиками «Татра», сообщил министр обороны страны
Чешская армия будет укомплектована отечественными грузовиками повышенной проходимости марки «Татра», которые используются для перевозки личного состава и боевой техники. Об этом сообщил министр обороны Чехии Карел Кюнл.
Согласно контракту между минобороны и автопроизводителями, до 2014 года на вооружение армии поступит почти 1 тысяча этих грузовиков. Стоимость контракта составляет 5 млрд. крон ($200 млн.).
Такое решение принято без проведения тендера, хотя, согласно правилам Евросоюза, чешское военное ведомство должно было его объявить среди предприятий ЕС. Исключение делается только для покупки так называемого «стратегического военного материала». Именно в эту категорию, несмотря на протесты конкурентов-производителей техники, министерство обороны Чехии включило грузовые автомобили «Татра». Причем, одним из основных конкурентов был германский концерн «Даймлер-Крайслер», намеревавшийся поставить чешской армии свои грузовые «Мерседесы».
По выражению Карела Кюнла, грузовики средней грузоподъемности — «главная тягловая сила армии». Они непосредственно служат целям обеспечения безопасности государства и поэтому входят в категорию «стратегического военного материала». По словам министра, каждая страна при принятии подобного решения естественно отдает предпочтение своим производителям. При этом, считает он, не было нарушено ни чешское, ни международное право.
К новым машинам армия предъявляет жесткие требования: способность передвигаться с полной загрузкой по пересеченной местности, высокая устойчивость, защищенность, возможность их переброски воздухом и по железной дороге. Благодаря последним разработкам производителей, «Татры» имеют усиленную стальную облицовку кузова, предохраняющую от пуль, особую систему стабильного поддержания давления в шинах и гнездо для пулемета, который установлен на крыше водительской кабины. Хорошие защитные качества автомобиля позволяют ему оставаться на ходу после подрыва на противопехотной мине.
Новые «Татры» придут на смену старым грузовикам чехословацкого и советского производства, срок службы которых составляет уже около 30 лет.
ИТАР-ТАСС, 18.07.05 г.
Греция приобретет у США 30 истребителей, а у Германии — 333 танка, сообщил министр национальной обороны Греции
Греция приобретет у США 30 истребителей, а у Германии — 333 танка, сообщил министр национальной обороны Греции, Спилиос Спилиотопулос. По его словам, Правительственный совет по иностранным делам и обороне Греции /КИСЕА/ принял решение купить у Соединенных Штатов 30 самолетов F16 Block 52 на сумму более 1 млрд. евро в текущих ценах с опционом на покупку дополнительно 10 таких же истребителей.
Интересно, что бывшее правительство партии Всегреческое социалистическое движение /ПАСОК/ собиралось приобрести 60 европейских истребителей нового поколения «Еврофайтер» на 4,9 млрд. евро у европейского авиационно-космического концерна ЕАДС. Однако нынешнее правоцентристское правительство Греции, пришедшее к власти в марте 2004 года, заявило в конце года, что его никак не связывает это решение.
Для удовлетворения нужд своей воздушной обороны на 15 следующих лет Греция решила теперь вместо европейских истребителей приобрести американские. F-16 Block 52, производимые компанией «Локхид Мартин», согласно плану, начнут поступать в Грецию в 2009 году. Это последняя модификация популярных истребителей, первые из которых появились в 80-х годах. Как подчеркнул Спилиотопулос, «по поводу остающихся 30 истребителей из 60 необходимых правительство примет решение на следующем заседании КИСЕА».
Греция будет стараться закупить новейшие истребители в рамках своего нового заказа на 30 самолетов, пояснил представитель по печати министерства национальной обороны, Стефанос Гикас, дав понять, что ЕАДС все еще может принять участие в этом тендере. «Наш следующий заказ на реактивные самолеты четвертого поколения будет рассмотрен на следующем заседании КИСЕА. Не исключается участие в нем любой компании из Европы или США», — подчеркнул он.
Правительственный совет по иностранным делам и обороне Греции также одобрил накануне приобретение у германской армии 333 подержанных танков «Леопард-1» и «Леопард-2». По словам Гикаса, стоимость поставок этой бронетехники, по поводу которых будет подписано соглашение между правительствами Греции и ФРГ, «оценивается в 270 млн. евро».
ИТАР-ТАСС, 20.07.05 г.
Министр обороны Германии о закупках 180 «Еврофайтеров»
Министр обороны Германии Петер Штрук высказался за осуществление ФРГ запланированной закупки 180 истребителей «Еврофайтер», производимых в рамках крупнейшего европейского проекта в области военной техники. «Для меня является совершенно ясным, что договоры должны соблюдаться», — сказал Штрук, выступая в баварском центре монтажа и тестирования «Еврофайтеров» в Манхинге около Мюнхена.
ИТАР-ТАСС, 22.07.05 г.
Восточная Азия
Китай отвергает возможность поступления с китайских предприятий оборонной промышленности взрывчатых веществ, использованных при террористических взрывах в Лондоне
Представитель МИД КНР Кун Цюань отверг высказывания разведывательных служб Израиля о так называемой возможности поступления с предприятий оборонной промышленности Китая взрывчатых веществ, использованных в имевших место 7 июля в Лондоне террористических взрывах, назвав безответственными наглые домыслы при отсутствии ясных выводов расследования.
Кун Цюань далее сказал, что китайская сторона провела тщательное расследование по поводу сообщений о так называемой возможности получения от предприятий оборонной промышленности Китая взрывчатых веществ для террористических взрывов в Лондоне.
По итогам предварительной проверки, на китайских предприятиях оборонной промышленности не обнаружено лаборатории или завода по производству оружия, упомянутого в сообщениях разведывательных служб Израиля. Среди взрывчатых веществ китайского производства и экспортируемой из Китая аналогичной продукции не было обнаружено наименований взрывчатых веществ, упомянутых в разведывательных сообщениях Израиля.
Кун Цюань отметил, что в настоящее время полиция Великобритании продолжает расследование инцидента, имевшего место 7 июля в Лондоне; налицо наглая инсинуация и безответственные домыслы, порожденные отсутствием убедительных результатов расследования.
Синьхуа, 22.07.05 г.
Южная Азия
Индия пока не приняла окончательного решения о выборе модели многоцелевых истребителей-бомбардировщиков — главком ВВС
Индийские военные еще не приняли окончательного решения о выборе модели многоцелевых истребителей-бомбардировщиков, которые планируется приобрести в рамках программы перевооружения ВВС, и продолжают принимать предложения от производителей, сообщил главком ВВС Индии маршал авиации С.П.Тьяги.
«У нас нет никаких ограничений. Помимо основной «четверки» — F-16, F-18, МиГ-29 и «Грипен», о которых мы запрашивали информацию, правительство совершенно свободно может принимать предложения от любых производителей, если оно сочтет это необходимым», — подчеркнул он.
Речь идет об объявленном в начале этого года тендере на поставки для ВВС Индии 126 многоцелевых истребителей-бомбардировщиков, которыми планируется заменить находящиеся сейчас на вооружении МиГ-21.
По словам маршала авиации, тендер сейчас находится в стадии сбора информации. Никаких конкретных предложений ни одной компании-производителю пока сделано не было. Он подчеркнул, что предложения по поставкам боевых самолетов продолжают приниматься, тендер не закончен.
На данный момент основными претендентами на крупный оборонный заказ являются американские корпорации «Локхид-Мартин» (F-16) и «Боинг» (F-18), РСК «МиГ» с самолетом МиГ-29М/М2, а также шведская корпорация СААБ с самолетом «Грипен». Одним из условий конкурса является организация в Индии лицензионного производства победившего самолета. Российские авиастроители предлагают Нью-Дели приобрести МиГ-29М и МиГ-29М2, а также наладить их серийное производство на предприятиях корпорации «Хиндустан Аэронотикс Лимитед», где уже идет лицензионная сборка истребителей Су-30 МКИ.
Размер сделки, подразумевающей также передачу Индии соответствующих технологий, может составить $3-4 млрд.
РИА «Новости», 18.07.05 г.
ВОПРОСЫ ЭКСПОРТА РОССИЙСКОГО В И ВТ
Наличие в составе ВВС РФ истребителей разного класса расширяет географию экспорта оружия — главком
Наличие в Военно-воздушных силах РФ парка фронтовых истребителей в составе Су-27 и МиГ-29 способствует продвижению на внешние рынки российских боевых самолетов, заявил главнокомандующий ВВС генерал армии Владимир Михайлов. «С возрастанием роли экспортных поставок наличие в России двух истребителей разного класса позволило существенно расширить географию продаж истребителей российского производства за рубеж», — сказал главком.
Он отметил, что оригинальная конструктивно-аэродинамическая схема этих истребителей, тяговые характеристики их силовой установки позволяют достигать высокой маневренности в ближнем воздушном бою, которой не располагают зарубежные аналоги. «Об этом свидетельствуют отзывы не только российских, но и иностранных летчиков. Бортовое оборудование и вооружение позволяют им решать боевые задачи днем и ночью в простых и сложных метеоусловиях», — подчеркнул В.Михайлов.
Он заявил, что конструктивно-аэродинамическая схема самолетов позволяет при проведении определенной модернизации повышать уровень сверхманевренности истребителей этого типа. «Следует отметить, что элементы сверхманевренности успешно осваиваются наиболее подготовленными строевыми летчиками ВВС. В дальнейшем, при соответствующем уровне «интеллектуализации» борта, их выполнение станет таким же обыденным делом как взлет-посадка», — отметил главнокомандующий.
По его словам, заложенные в Су-27 и МиГ-29 технические решения «обеспечили самолетам уникальный модернизационный потенциал, позволивший повысить их ресурсные характеристики». Так, на МиГ-29 срок службы доведен до 40 лет, а ресурс — до 6 тыс. часов.
Интерфакс, 20.07.05 г.
ВОЕННО–ПРОМЫШЛЕННЫЙ КОМПЛЕКС: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ
МЭРТ РФ предлагает приватизировать в 2006 г. около 40 предприятий ОПК
Минэкономразвития России предлагает приватизировать в 2006 году около 40 предприятий оборонно-промышленного комплекса. Такое предложение содержится во внесенном в правительство проекте плана приватизации на следующий год.
В том числе, МЭРТ предлагает продать в следующем году госпакеты Тульского оружейного завода (20% акций), Тульского патронного завода (4,06%).
В 2006 году также предполагается продать 85,93% госакций авиастроительной компании «Ильюшин» (Москва), 100% КБ «Икар» (Нижний Новгород) и приватизировать ряд конструкторских бюро и научно-исследовательских институтов оборонной сферы. В частности, предлагается продать 100% акций Центрального конструкторского бюро «Дейтон» (Москва), 25,5% акций Уральского НИТИ, 100% акций «Севпромпроекта» (Архангельск), 25,5% акций Самарского ГИПРОНИИАВИАПРОМ, 100% акций НИИ полупроводниковых приборов (Томск) и ряда других предприятий.
РИА «Новости», 19.07.05 г.
В Минпромэнерго РФ считают, что микросхемы для новых «биометрических» загранпаспортов должны производиться в России
В Минпромэнерго РФ считают, что микросхемы для загранпаспортов нового образца с биометрическими данными должны производиться на российских предприятиях оборонной промышленности. «С целью обеспечения информационной и технологической безопасности ключевые элементы системы необходимо разрабатывать и производить на отечественных предприятиях», — такое мнение высказал официальный представитель министерства.
.»Кроме того, введение паспортно-визовых документов нового поколения может стать катализатором подъема российской радиоэлектронной промышленности», — добавил представитель Минпромэнерго. Он считает, что к реализации этого проекта должны быть привлечены предприятия ОПК, которые смогут собирать микромодули на базе импортных кристаллов.
«Реализация указанного проекта даст возможность российским предприятиям ОПК привлечь необходимые внебюджетные средства и в дальнейшем создать производственно-техническую базу для освоения отечественной промышленностью полного производственного цикла изготовления микромодулей», — добавил представитель Минпромэнерго.
По его словам, в министерство уже поступили обращения ведущих российских производителей электронной компонентной базы по вопросу их участия в проекте введения в России биометрических паспортов. «Необходимо в ближайшее время провести конкурс на размещение госзаказа на изготовление бланков паспортно-визовых документов нового поколения», — подчеркнул представитель Минпромэнерго.
По его словам, Минпромэнерго РФ уже направило соответствующее письмо в Минэкономразвития РФ.
РИА «Новости», 22.07.05 г.
«Я бы не говорил о полной потере управляемости»
(интервью с главой Роспрома Б. Алешиным)
Главе Роспрома Борису Алешину не хватает людей, чтобы быстро интегрировать оборонные отрасли. Инженер-физик Борис Алешин был одним из идеологов административной реформы правительства. Ее результаты многих разочаровали, особенно в военно-промышленном комплексе, который Алешин курирует в новом, послереформенном качестве руководителя Федерального агентства по промышленности (Роспром). Впрочем, задержки в принятии решений сам Алешин объясняет не реформой, а дискуссией об идеологии консолидации российской промышленности, которая может быть либо вертикальной, либо горизонтальной.
Тем не менее Алешин ожидает, что указ президента о создании Объединенной авиастроительной корпорации (OAK) появится уже в августе, а затем начнется интеграция и других отраслей, в частности кораблестроения. Глава Роспрома выступает также за более широкую кооперацию с авиапромом стран НАТО, которая не будет ограничиваться проектом гражданского самолета RRJ.
— Президент заявил о необходимости определить стратегические отрасли, где участие иностранного капитала будет ограниченно. Какие отрасли российской промышленности нуждаются в подобном ограничении?
— Этот вопрос требует уточнений. Президент все же делал акцент на стратегических предприятиях в самых разных отраслях, в том числе и необоронного характера, например на предприятиях медицинской промышленности. Речь идет о выработке законодательных ограничений, закона, который заменит нынешнее положение.
Сейчас перечень стратегических предприятий определяется указом президента, куда включаются предприятия по представлению органов исполнительной власти, но как такового определения стратегических предприятий не существует.
Закон должен дать определение стратегических предприятий, где ограничивается участие иностранного капитала, установить уровень, начиная с которого такие сделки рассматриваются органами исполнительной власти, а также уровень принятия решений. Это можно сделать так же, как, например, в США, где президент рассматривает сделки по продаже пакетов акций свыше 5% [в стратегических предприятиях]. Кроме того, должна быть определена роль каждого ведомства в процессе принятия решения.
— Стратегические предприятия должны отбираться исходя из их стоимости?
— Самое главное — это то, чем занимается предприятие. Хотя капитализация, объем продаж — тоже важные факторы, влияющие на национальную безопасность.
— Представители промышленности говорят, что после проведения реформы правительства в марте 2004 г. управление оборонно-промышленным комплексом оказалось полностью парализованным. Нашло ли ваше агентство свое место в системе госуправления спустя год после реформы?
— Несмотря на то что некоторые негативные факторы, связанные с административной реформой, мы продолжаем ощущать, я бы не стал впадать в панику и говорить о полной потере управляемости. Проблемы связаны не с тем, что неверно функционируют структуры, а с тем, что неправильно реализуются функции.
Та структура, которая была, безусловно, требовала коррекции. Россия еще не достигла стадии развития западных стран с их демократией и либеральной экономикой, мы продолжаем оставаться в переходном периоде, и, на мой взгляд, в управлении у нас должно сохраняться единоначалие. В ряде вопросов руководитель агентства не подчиняется министру напрямую, в такой ситуации главам двух ведомств приходится искать консенсус, а это требует довольно высокого уровня управления. В свою очередь, скажу, что у нашего агентства с Минпромэнерго и его руководителем Виктором Борисовичем Христенко не возникает каких-либо административных барьеров.
— А как с тезисом о потере управляемости в оборонке?
— Если говорят о потере управляемости в оборонной отрасли, то это серьезный тезис, который не может не волновать. Причина не столько в забюрократизированности, сколько в малочисленности. Невозможно управлять девятью оборонными отраслями со столь небольшим аппаратом. Хотя, должен сказать, мы удерживаем состояние оборонной промышленности на уровне не ниже, чем в предыдущие годы. Что же касается стратегии, оборонная промышленность должна сейчас в первую очередь повышать конкурентоспособность на мировом рынке, для улучшения управляемости должна внедряться модель частногосударственного партнерства. В оборонном комплексе уже достаточно много частного капитала.
— В каком состоянии находится прогресс создания OAK?
— Мы продолжаем работать над этим. Возникли некоторые подводные камни. Я бы не стал драматизировать ситуацию, за исключением того, что мы слишком затягиваем этот процесс. Ходят слухи о каких-то грандиозных противоречиях, но они не соответствуют реальности. Конечно, противоречия есть, но они — элемент конкурентной борьбы. О противостоянии каких-то структур правительства речи нет. Технически процесс сложный, потому что мы никогда в полной мере не проходили слияния частных и государственных активов. Как оценивать активы перед слиянием, оценивать бизнес будущей компании, акционировать ту же РСК «МиГ» и как при этом изменить всю нормативную базу, мы знаем. Хотя это и непростая задача. Все это требует времени.
Например, мы долго выбирали тип площадки, на которой должно происходить объединение активов, и сейчас пришли к пониманию, в том числе и с Минэкономразвития и Федеральным агентством по имуществу, что это должна быть акционерная компания, а не казенное предприятие.
— Когда все-таки можно ожидать появления указа президента о создании OAK?
— Хотелось бы — и мы все для этого делаем — успеть до авиасалона МАКС [в середине августа]. Во всяком случае, наши позиции с другими ведомствами значительно сблизились. <…>
— Относится ли к приоритетным проектам истребитель пятого поколения?
— Конечно. Это ударный самолет нового поколения. Хотя требования к нему сформулированы Минобороны, мы приглашаем к участию иностранных партнеров из Франции и Индии. Более того, впервые эти партнеры приглашаются не только для разработки каких-то отдельных систем и узлов, но и для участия на условиях разделения рисков на всем жизненном цикле самолета, что предполагает закупки импортных узлов, систем, в том числе и для серийных машин. В перспективе возможны также и совместные продажи самолетов пятого поколения третьим странам.
Еще один проект в авиапромышленности — возрождение производства самолетов Ан-124 «Руслан» в Ульяновске, этот самолет когда-то опередил свое время. Огромный интерес существует и в отношении среднего транспортного самолета грузоподъемностью до 20 т.
— В последнем случае речь идет о проекте военно-транспортного самолета МТА, который «Иркут» планирует разрабатывать совместно с Индией?
— Прежде всего об этом самолете. При этом заказчиком могут быть не только военные.
— А в вертолетостроении?
— Будет поддерживаться проект Ми-38, не исключены совместные проекты с Sikorsky.
— Какова позиция ведомства по вопросу консолидации других сегментов оборонки — двигателестроения, приборостроения, кораблестроения?
— Несомненно, там будет консолидация. Скорее всего останутся две двигателестроительные компании, возможно, две компании по производству авионики и бортового оборудования. Причем интеграция будет и межотраслевой, как это происходит в мире. Ее зародыши в частном секторе уже есть. Скажем, если «Аэрокосмическое оборудование» или Раменское ПКБ производят почти целиком оборудование для авиации, то те же «Транзас» или «Русская авионика» делают системы управления и навигации для морских, авиационных и сухопутных систем. Так происходит и в остальном мире — например, так работает Thales. Самое главное в современных комплексах — системы управления, и вполне логично, что одна и та же компания делает их и для кораблей, и для самолетов, и для систем ПВО. Интеграторов должно быть мало, зато поставщиков комплектующих — много, и именно среди них должна быть конкуренция.
— Как в Роспроме было воспринято соглашение между группой «ИСТ» и Межпромбанком по разделу рынков?
— Я сам был у истоков разрешения конфликта между собственниками Балтийского завода и «Северной верфи» и могу отнестись к такому соглашению только положительно. Кстати, причиной конфликта была не совсем рыночная функция государства, определяющая, кому из этих верфей передать иностранный заказ.
— Будут ли в кораблестроении созданы в этой связи какие-либо интегрированные структуры?
— Естественно. И здесь должно быть реализовано частногосударственное партнерство, в котором вкладом государства могут стать принадлежащие ему кораблестроительные проектно-конструкторские бюро. Это позволит построить в этом секторе компанию, аналогичную OAK При этом судостроительные заводы должны стать верфями — местами сборки кораблей, а не машиностроительными заводами с многочисленными производствами вроде своих мощностей по переработке металла. КБ также должны в ходе интеграции измениться и открыться требованиям заказчика, а не проектировать, как сейчас, специальные суда с пушками, которые заказчику, например, не нужны. Точно так же и в гражданском судостроении: судовладельцы говорят, что конструкторы не хотят проектировать то, что нужно судовладельцам, а денег все равно требуют. Эту разрозненность в идеологии отношений заказчиков и проектировщиков следует преодолеть в ходе консолидации отрасли.
— В OAK войдут как производители надводных кораблей и судов, так и подлодок?
— Этапность в этом процессе необходима, сейчас все подводное кораблестроение находится в руках государства и ориентировано на нужды Минобороны. Поэтому в начале подводное и надводное кораблестроение, очевидно, будут существовать раздельно. При этом остается ниша и для Концерна средне- и малотоннажного судостроения, который частично опирается на госактивы, в том числе такие тяжелые, как калининградский «Янтарь». Поначалу создание и сосуществование трех таких структур мы и будем поддерживать.
— Как движется процесс создания интегрированных структур в оборонном комплексе? В каком направлении переработана программа создания этих структур, начатая еще в 2002 г.?
— Когда эта программа разрабатывалась, было две идеологии. В 2002 г. была выбрана идеология создания вертикально-интегрированных компаний, сам я тогда ее не разделял и выступал за горизонтальную интеграцию. Ее смысл — в создании управляющих компаний интегрированных структур, которые не вмешиваются в операционную деятельность, не занимаются управлением производством, но определяют стратегию развития. В наших условиях эти управляющие компании должны также контролировать КБ. Жизнь показала, что, занимаясь вертикальной интеграцией, мы изобретали велосипед. В основном в мире среди предприятий, производящих финишную продукцию, вертикальной интеграции нет. Мы недавно стали свидетелями совсем неожиданного альянса — слияния французских фирм Sagem и Snecma, первая из которых работает в области авионики и телекоммуникаций, а вторая — в области двигателестроения, — в единую компанию Safran. Но это исключение. Очевидно, что своего, уникального пути развития у нас не будет, и сама жизнь подталкивает нас к формированию горизонтально-интегрированных структур. Мы к этому еще не пришли, но быстро движемся в этом направлении.
— Недавно военно-промышленная комиссия правительства рассматривала план-график создания интегрированных структур. Какое решение было принято?
— В 2006-2007 гг. и далее будет начато формирование таких структур во всех отраслях — и в судостроении, и в производстве порохов, и в промышленности обычных вооружений, и в системах управления.
Ведомости, 19.07.05 г.
Государство должно более жестко проводить реструктуризацию авиационной промышленности — эксперт
Процесс создания Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) сильно затянулся, и если не будут приняты оперативные меры, идея реструктуризации отрасли может потерпеть фиаско. Такую точку зрения высказал генеральный директор НПО «Сатурн» Юрий Ласточкин.
«Создание ОАК сильно затянулось. Есть опасения, что через какое-то время этот проект может потерпеть фиаско. Слишком велики противоречия между его участниками. Крайне тяжело идет процесс», — сказал он .
По словам Ю.Ласточкина, государство должно более жестко проводить реструктуризацию авиационной промышленности, пресекать факты демагогии и выяснения отношений между участниками будущей корпорации. «Если бесконечно учитывать мнения всех участников ОАК, собирать различные слухи, инсинуации, рассказывать об истории каждой фирмы, трясти знаменами и орденами, то ничего не выйдет», — считает Ю.Ласточкин. По его словам, «ОАК должна быть компанией с единой акцией, единым советом директоров, единым управлением».
Ю.Ласточкин отметил, что от того, как быстро будет создана Объединенная авиастроительная корпорация, зависит судьба очень многих предприятий. И не только самолетостроительных, но и двигателестроительных, занимающихся разработкой и производством авионики, авиационного вооружения и т.д.
«Чтобы компания, которая работает в области высоких технологий была конкурентоспособной, она должна быть крупной. Необходимо учитывать такие показатели, как объемы продаж, уровень капитализации, наличие ресурсов, в первую очередь кадровых, интеллектуальных, технологических», — сказал Ю.Ласточкин.
Он отметил, что в двигателестроении крупной может считаться компания, в которой работает 30-40 тысяч человек, капитализация составляет $2-3 млрд., что дает возможность инвестировать в опытно-конструкторские работы $500-600 млн. в год. «Такая компания должна владеть всеми мировыми технологиями и иметь возможность вкладывать деньги в переоснащение», — сказал Ю.Ласточкин.
Интерфакс, 19.07.05 г.
России необходимо дополнительно укреплять свой военный потенциал — проект документа
России необходимо пересмотреть подходы к оценке внешних угроз и принять дополнительные меры по укреплению военного потенциала государства, считают составители проекта документа «Стратегия национальной безопасности России».
«Требуется новый подход к оценке внешних опасностей и угроз, переосмысление военно-стратегических взглядов на характер и способы ведения возможной войны», — говорится в документе, который обсуждался на заседании Совета по внешней и оборонной политике (СВОП).
Авторы проекта утверждают, что прямой военной угрозы для России в настоящее время нет. «В настоящее время ни одна из стран не представляет для России прямой военной угрозы», однако для национальной безопасности РФ возможны разноплановые угрозы «в результате эскалации конфликтов, прежде всего в сопредельных регионах, экспансии терроризма, распространения оружия массового уничтожения», говорится в документе.
Кроме того, по мнению его составителей, «влиятельные политические круги в некоторых государствах рассматривают Россию как системное препятствие на пути достижения своих целей и пытаются применить по отношению к России методы пропагандистского и непрямого силового воздействия». С учетом этих обстоятельств «необходимы срочные дополнительные меры по укреплению военного потенциала России», подчеркивается в документе.
Его авторы при этом указывают на наличие «серьезных проблем с поддержанием боеспособности Вооруженных Сил», и в частности на то, что «продолжается старение парка вооружения и военной техники», «не обеспечено оптимальное распределение бюджетных средств, выделяемых на содержание и развитие вооруженных сил и других войск».
Кроме того, в оборонно-промышленном комплексе »не остановлены процессы утраты специальных технологий для производства вооружения, снижается качество продукции военного назначения», говорится в докладе.
Один из членов СВОП сказал, что «представленная на рассмотрение Совета «Стратегия» — это отнюдь не окончательный документ, подготовленный к утверждению». «Мы только в самом начале дискуссии по этому вопросу». — отметил он.
Интерфакс, 21.07.05 г.
Оборонно-промышленный комплекс: кризис или выздоровление
(Оружейникам необходима системная государственная поддержка)
Огромные социально-экономические трудности рыночных преобразований в России, законодательная и экономическая неразбериха 1990-х годов нанесли сокрушительный удар по научным центрам и серийным промышленным предприятиям отечественного оборонно-промышленного комплекса. Немало известных экспертов предрекали, что российскому ОПК уже никогда не подняться из руин и не достичь мирового уровня производства продукции и изделий оборонного назначения. Однако он по-прежнему жив и настойчиво преодолевает существующие проблемы.
Нынешнее состояние нашей оборонки и перспективы ее развития — тема беседы обозревателя «НВО» с заместителем руководителя Федерального агентства по промышленности Игорем Гаривадским.
— Игорь Борисович, какая ныне ситуация в российском ОПК?
— Не секрет, что ситуация по-прежнему тяжелая. Многие эксперты и аналитики, да и сами представители оборонной промышленности называют ее кризисной и при этом сравнивают объемы производства в советский период нашей истории и нынешние. Это не совсем корректно. Россия не в состоянии тратить на вооружения такие средства, как Советский Союз. Нам не нужно такого количества оружия. К тому же понятие «кризис» подразумевает падение производства, а у нас оно в последнее время все-таки растет. За пять лет с 2000 по 2004 год прирост промышленного производства ОПК в целом составил почти 70%.
Другое дело, что в базовом 99-м году из-за многочисленных причин и проблем он опустился чуть ли не до нулевого уровня. Для Российской армии ОПК практически не выпускал продукцию, а поставлял технику и оружие в последние годы в основном для вооруженных сил стран — партеров по военно-техническому сотрудничеству.
Правда, последние годы быстрыми темпами рос выпуск гражданской продукции. Но количественные показатели по ряду основных ее видов вызывают серьезные опасения. Так, объемы выпуска гражданской продукции авиапрома в 2004 году выросли на 12,4%. Однако все авиастроительные предприятия России произвели всего лишь 17 гражданских самолетов. Состояние с загрузкой производственных мощностей катастрофическое. И исправить его только за счет увеличения гособоронзаказа явно не удастся. Кстати, это подтвердили показатели 2004 года. Финансирование ГОЗ было увеличено более чем на 7%, а объемы производства военной техники и вооружений сократились почти на 5%. Хотим мы того или нет, ОПК придется избавляться от части предприятий с тем, чтобы обеспечить максимально полную загрузку оставшихся. Но можно наделать массу глупостей, если просто так сесть и решить, мол, такие-то предприятия надо сохранять, другие — перепрофилировать и отпускать в свободное плавание, а третьи — вовсе закрывать. Эту проблему можно решить только рыночными методами, например, посредством федеральной целевой программы создания мощных оборонных холдингов.
— Значит, принятая программа создания оборонных холдингов будет для нашего ОПК той самой палочкой-выручалочкой, которая избавит его от всех нынешних проблем?
— Если говорить о тех холдингах, которые уже созданы, то они работают весьма успешно. Посмотрите финансово-экономические показатели хотя бы того же концерна ПВО «Алмаз-Антей» или холдинговой компании «Сухой». Интеграция в оборонных и высокотехнологических отраслях — естественный процесс, свойственный всем развитым экономикам. Проблема как раз в том, что у нас он идет слишком медленно. Из предусмотренных к созданию в 2002-2004 годах 75 интегрированных структур полностью сформированы, к сожалению, лишь только три.
— Исходя из ваших слов, до полной реструктуризации нашего ОПК и создания мощных концернов, которые смогут выпускать конкурентоспособную военную и гражданскую продукцию, еще далеко. А в состоянии ли наша промышленность, в том числе и оборонная, выпускать конкурентоспособные товары в настоящее время?
— В начале 90-х годов, когда Россия открыла себя мировому рынку, отечественная промышленность пережила глубокий кризис во многом как раз из-за неспособности выпускать конкурентоспособную продукцию. Но эта ситуация, судя по темпам развития экономики и объему экспорта готовой продукции, постепенно исправляется.
В отношении ОПК замечу, что как в советские времена, так и по сей день он является, пожалуй, единственным анклавом в нашей промышленности, который, аккумулируя передовые научно-технические достижения и определяя эффективность функционирования высокотехнологичных сфер экономики нашей страны, способен выпускать, и это реально делает, высокотехнологичную конкурентоспособную продукцию. Автомат Калашникова до сих пор считается одним из лучших образцов стрелкового оружия. Зенитный ракетный комплекс С-300 с обтекателями из кварцевой керамики, даже по оценкам западных экспертов, по эффективности поражения не имеет себе равных в мире. И истребители, что ни говори, делать российские конструкторы и заводы пока не разучились. То, что недавно показала в Ле Бурже наша «сушка» — модернизированный до «поколения 4+» Су-27СКМ, — не смог повторить никто. За рубежом нашу военную технику оценивают по достоинству. Об этом свидетельствует объем ее поставок за рубеж, который с 1999 года непрерывно увеличивался, достигнув в прошлом году $5,8 млрд. Конкурентоспособность российских вооружений и военной техники очевидна.
В то же время большую тревогу вызывает конкурентоспособность гражданской продукции ОПК, особенно авиатехники. Дело даже не столько в несоответствии, скажем, комфортабельности салона авиалайнера мировым стандартам. Мы способны сделать самолеты комфортными, но, к сожалению, это значительно повысит их себестоимость при нынешнем небольшом выпуске машин отечественными заводами.
Проблема, я бы отметил, в маркетинге, послепродажном, сервисном обслуживании отечественных авиалайнеров, которых, можно сказать, практически не существует. <…>
— В России принят закон по государственному оборонному заказу. Однако, по мнению специалистов, нет четкой политики в его реализации. Что необходимо для того, чтобы этот закон заработал?
— Прежде всего его исполнять. Если ГОЗ утверждается к весне, контракты будут подписаны лишь к осени и шансов на то, что все предусмотренное в программах вооружений на данный год будет сделано, практически не остается.
К сожалению, такая практика после принятия в 1995 году Федерального закона «О государственном оборонном заказе» была не редкостью. Но ситуация исправляется.
Гособоронзаказ-2005 был утвержден до начала года. Уже к февралю с предприятиями ОПК были подписаны примерно 25% предусмотренных контрактов, а авансовые платежи по ним начали выплачиваться практически с 1 января. Что очень важно для ОПК, начался переход на так называемые длинные контракты. В прошлом году в ГОЗе имелось всего пять позиций, по которым заключили трехлетние контракты, в этом — 20. Причем 10 из этих контрактов уже подписаны. У заключивших их предприятий появляется больше возможностей для маневра.
Им легче взять банковский кредит, сделать смежникам заказы на перспективу и таким образом снивелировать потери в прибыли, связанные с инфляцией и удорожанием комплектующих и материалов.
Думаю, что на пользу ситуации с ГОЗом пойдет и переход Министерства обороны на систему единого заказчика. Если раньше вооружения самостоятельно заказывали все виды и рода войск, то теперь это может делать только управление начальника вооружения.
Конечно, каким бы хорошим ни был закон о гособоронзаказе, его влияние на обороноспособность страны зависит от объемов самого оборонного заказа. В этом году он увеличен на 25% до 187 миллиардов рублей. Из них 62,8 миллиарда пойдут на НИОКР и 112 миллиардов — на закупку, ремонт и модернизацию военной техники и вооружений. Это не так мало, но и не так много. По отношению к ВВП страны указанная сумма составляет 2,8%, в то время как оптимальным для России, по мнению экспертов, считается доля в 3-3,5%.
— Можно ли бороться на государственном уровне в рыночных условиях с ростом цен? Не будет ли это война с «ветряными мельницами»?
— Удорожание стоимости военной продукции по сравнению с контрактной является проблемой, которая постоянно угрожает недовыполнением ГОЗа. Отчасти это объясняется инфляцией, но отчасти и естественным стремлением предприятий включить в цену готовых изделий расходы на поддержание тех же незадействованных мощностей. С этим, безусловно, надо что-то делать, и соответствующие решения сейчас вырабатываются. Кстати, одно из них заложено в Федеральном законе «О государственном оборонном заказе». Это распределение контрактов по ГОЗу на конкурсной основе. Задача им правильно воспользоваться: сделать такие конкурсы более прозрачными, четко и в срок принимать по ним решения.
— Весьма остро проявляет себя проблема качества вооружений и военной техники. Как ее решать?
— Я уже говорил, что российскому ОПК, несмотря на затянувшийся кризис, как и раньше, принадлежит важнейшая роль в государстве. Оборонный комплекс с его высокотехнологичными отраслями, выполняющий свыше 75% научно-исследовательских опытно-конструкторских работ, способен стать отправной точкой для развертывания инновационной деятельности в России, опорой для подъема экономики страны.
Не вызывает сомнений и способность ОПК развернуть серийное производство современных систем вооружения. Но действительно качество отечественных вооружений и военной техники оставляет желать лучшего. Причина — в снижении внимания к этой проблеме и нашей оборонной промышленности в целом еще в начальный период перестройки. Переориентация российских общественно-экономических отношений на рыночные поставила ОПК на грань выживания. Стагнация НИОКР, инноваций и производства вообще была вызвана как общим спадом в экономике, так и практически прекращением со стороны Минобороны оснащения российских Вооруженных сил новой техникой. А ведь именно госзакупки стимулируют производство в ОПК, снижают его риски и степень зависимости от спроса на мировом рынке и в итоге повышение качества выпускаемых оборонпромом вооружения и военной техники.
Системный кризис ОПК потребовал принятия неотложных мер. И они были определены распоряжениями президента РФ и правительства РФ. В основу этих мер в 2001 году были положены документы, обозначившие перспективы развития ВПК. Это «Основы политики Российской Федерации в области развития оборонно-промышленного комплекса на период до 2010 года и дальнейшую перспективу» и федеральная целевая программа «Реформирование и развитие оборонно-промышленного комплекса (2002-2006 годы)». Во многом благодаря им в последние 3-4 года финансирование в целом стабилизировалось, обозначился ежегодный рост гособоронзаказа.
В числе последних конструктивных решений следует отметить сокращение в этом году доли НИОКР в ГОЗе в пользу увеличения серийных закупок вооружения и военной техники, что, несомненно, послужит стимулом для производства, в частности, увеличит оборотный капитал предприятий, так необходимый для перевооружения производственных мощностей и, следовательно, повышения качества продукции и производительности в целом.
На сегодняшний день первоочередной мерой, на мой взгляд, должна стать системная государственная поддержка ОПК. При этом национальную оборону надо обеспечивать не по остаточному принципу, как было все эти годы, а по ее потребностям в вооружениях и военной технике. Очевидна также необходимость разработки конструктивной госпрограммы вооружения на 2006-2015 годы, предусматривающей качественное переоснащение военной организации РФ. Государству следует выработать и проводить взвешенную политику по сохранению кадрового потенциала, уникальных технологий, технологической резависимости нашей страны. Несомненно, все перечисленные меры будут способствовать и повышению качества продукции ВПК.
— Одной из острейших проблем российского ОПК является многолетние долги перед федеральным бюджетом, возникшие в начальный период преобразований в нашей экономике. Как решить эту проблему и вывести многие предприятия из финансового тупика?
— Мне известно, о предложениях некоторых депутатов Госдумы полностью списать все долги с оборонных предприятий и дать им возможность как бы начать работу с чистого листа. Звучит красиво. Но дело в том, что частичное списание и реструктуризация задолженности предприятий комплекса уже проводилась федеральным правительством. Более того, аналогичные решения, направленные на финансовое оздоровление ОПК, были предприняты правительствами практически всех субъектов Федерации. Поэтому с большой долей уверенности сейчас можно говорить о том, что задолженность перед бюджетами разных уровней, возникшая из-за перестроечной неразберихи 90-х годов, практически полностью ликвидирована. Это, естественно, не означает, что проблема долгов ОПК как таковая снята.
Вопрос в том, сколь велика в ней вина государства. Приведу цифры, на которые кое-кто почему-то не обращает внимания. Задолженность государственных заказчиков по оплате за поставленные товары, работы и услуги для государственных нужд и по федеральным программам составила в 2004 году всего 6,8% от общей суммы дебиторской задолженности ОПК, из нее просроченная — чуть более 24%. То есть доля того вида государственной задолженности, которая имеет отношение к вашему вопросу, составляет менее 2%. Доля долгов предприятий комплекса по платежам в бюджет в общей кредиторской задолженности равнялась в прошлом году 7%. Из нее просроченная составляла 65%. В абсолютных цифрах это примерно 2,2 миллиарда рублей. Сумма, конечно, не маленькая, но по сравнению с оборотами оборонного комплекса отнюдь не значительная. По крайней мере, к кардинальному улучшению финансово-экономического состояния ОПК ее списание точно не приведет. Для этого нужен целый комплекс мер, о части из которых мы уже говорили, они позволят экономически, материально оздоровить нашу оборонную промышленность.
Независимое военное обозрение, 22.07.05 г.
|
