НОВОСТИ ВПК И ВОЕННО-ТЕХНИЧЕСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА
Обзор по материалам СМИ № 18
(1–7 мая 2004 года)
 ВОЕННО–ПРОМЫШЛЕННЫЙ КОМПЛЕКС: СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ
Расширять доступ иностранных инвесторов к авиастроительным предприятиям
можно только после проведения глубокого реформирования отрасли — эксперт
Предоставление иностранцам права покупать до
49 % акций российских предприятий [такой законопроект в настоящее время
готовится к рассмотрению] имеет смысл только при условии, что будет проведено
глубокое реформирование отрасли, выстроена вертикально-интегрированная авиастроительная
компания, считает депутат Госдумы, президент Национального инвестиционного совета
Александр Лебедев.
«Думаю, более целесообразно было бы сначала
утвердить программу реформирования отрасли, начать объединение разрозненных
предприятий в один холдинг, а уже потом расширять доступ иностранных инвесторов», — заявил он в интервью газете «Красная звезда».
По его словам, если этого не сделать, то максимум,
что сейчас смогут получить производители авиатехники гражданского назначения
от прихода иностранных инвесторов, — это какие-то несколько миллионов, может
быть, пара десятков миллионов долларов на производство комплектующих для иностранных
самолетов. «Это, конечно, позволит предприятиям какое-то время продержаться
на плаву. Но по меркам авиапрома — это крохи. К примеру, один самолет Ил-96
стоит порядка $ 40-50 млн.
«На самом деле российскому гражданскому
авиастроению осталось жить два-три года. Это время необходимо использовать для
объединения производственных мощностей, налаживания системы финансирования,
выстраивания товарной и сбытовой политики. Потом «точка невозврата»
будет пройдена. Уже через 3-5 лет в России возникнет сильнейший дефицит авиатехники — это показывают расчеты специалистов. И заменить ее, кроме как импортом «поддержанных
иномарок», будет нечем», — говорит А.Лебедев.
Что касается оборонно-промышленного комплекса,
то сюда инвесторы с удовольствием придут, считает А.Лебедев. «Захватить
конкурента, получить все его новейшие технологии, а потом монополизировать рынок
мечтает любой производитель», — говорит он.
По словам А.Лебедева, пакет в 49 % позволяет
ввести в совет директоров компании значительное количество своих представителей,
которые, безусловно, рано или поздно получат доступ ко всей возможной, в том
числе и конфиденциальной, информации. Пусть даже речь не идет о секретных разработках.
Технику надо куда-то продать. А обладая информацией о переговорах, о ценовой
политике (а такие сведения владелец 49 % акций будет иметь), можно сорвать
любую сделку, перебив цену или предложив более выгодные условия.
Интерфакс, Красная звезда, 06.05.04 г.
Б.Гидаспов: Бывали времена и похуже
— Труд
«Верхняя Вольта с ракетами» — так называли Россию,
когда хотели ее унизить. Тем не менее в «большую восьмерку» нас пригласили,
хотя по жизненному уровню мы в мире где-то 60-е. А некоторые другие «верхние
вольты», без ракет, сейчас лежат в руинах...
За что другое можно и попенять
нашим предкам, а вот за могучую оборонку им низкий поклон. Созданный ими
оборонный щит позволяет сосредоточиться на удвоении ВВП и реализации других
амбициозных экономических планов.
Старым багажом долго не
проживешь — это понятно. Но что конкретно делать? Что предпринять в ситуации,
когда в США оборонный заказ только компании «Локхид» в полтора раза
превышает бюджет российского Министерства обороны? Какие приоритеты расставить?
Сегодня своими размышлениями на эту тему делится Борис Гидаспов, член-корреспондент РАН, специалист в области
химической энергетики. Да, «тот самый» Гидаспов, член Политбюро
горбачевского призыва, бывший первый секретарь Ленинградского обкома партии.
Недавно он возглавил Российский научный центр «Прикладная химия» –
некогда головное в стране предприятие по разработке и производству боеприпасов,
взрывчатых смесей, ракетного топлива.
— Борис Вениаминович, каково положение дел в химической
энергетике, без которой немыслима оборонная промышленность?
— Плачевное.
— Давайте начнем не с денег, а с того, как организована работа по
созданию современных видов вооружений. Какие-то традиции утрачены?
— Например, почти утрачен
принцип соревновательности. Раньше мы конкурировали, во-первых, с внешним
недругом, и это был мощнейший стимул. Если в какой-либо стране появлялось то,
чего нет у нас, немедленно стремились восстановить статус-кво. Скажем,
американцы во Вьетнаме первыми использовали объемно-детонирующие системы.
Оружие вообще-то варварское: они его применяли и против живой силы, и при разрушении
объектов, допустим, плотин, чтобы затопить рисовые поля. Принцип действия
элементарно простой: распыляется в воздухе горючее (углеводороды вроде
керосина) с последующим взрывом газовоздушной смеси. Как только стало известно
о появлении за рубежом такого оружия, нас заставили мгновенно его
воспроизвести, а потом сделать более мощное на тех же принципах.
— Более варварское...
— Увы. Но, помимо
внешней, была и внутренняя конкуренция. Известно, что в самолетостроении
плодотворно соперничали конструкторские бюро Туполева, Микояна, Яковлева и
другие. Так и в нашей области. Мне приходилось присутствовать при защите
эскизных проектов, когда КБ отстаивали свои подходы к созданию новой ракеты или
подлодки. Такие страсти кипели! Я в те годы не мог ходить в театры, потому что
великолепные актеры мне казались излишне академичными, вялыми, по сравнению с
людьми, которых я видел на защите проектов. Ученый должен биться за свою идею.
Он должен быть фанатом своей идеи и своей фирмы. Мы и были фанатами. Я лет 10
не был в отпуске — просто не до того было.
— Такая конкуренция хоть где-то сохранилась?
— В основном на этапе
продажи чего-то уже сделанного. В науке ее почти не осталось. Сейчас нам
говорят: давайте инновации. Но нужно понимать, откуда они берутся. В отраслевых
институтах решают узкие задачи. Гранты? Толку в них никакого. Грант подписывают
на год-два, а серьезная научная разработка рассчитана на годы. Чтобы сделать
новый ракетный комплекс средней руки, даже не космический, нужно минимум 10
лет. Необычные научные, инженерные решения рождаются в самом начале работы над
проектом, когда перед тобой ставится задача буквально научно-фантастическая.
Сколько открытий появилось в обычных вузовских лабораториях, КБ, научных
центрах! Когда я заведовал кафедрой в Ленинградском технологическом институте
имени Ленсовета, там была научная лаборатория со штатом около 120 сотрудников,
а при ней — конструкторское бюро, численность которого доходила до 2000
человек. Наши преподаватели, аспиранты, студенты были на передовом крае науки.
Это КБ и сейчас живет, хотя и не процветает. Но большинство таких организаций,
увы, прекратили свое существование.
— Вас назначили генеральным директором Российского научного центра
«Прикладная химия», бывшего ГИПХ, который вы возглавляли до 1988
года?
— Уточню: меня убедили сделать этот шаг руководители отрасли, в частности,
недавний вице-премьер Алешин. Должность непрестижная. На предприятии произошла
огромная потеря кадров. <...>
— На что же вы надеетесь, дав согласие вернуться на бывший ГИПХ?
Вам обещали бюджетные деньги?
— Нет.
— Сами будете зарабатывать?
— Есть в запасе кое-какие
схемы, инновационные решения. Наша продукция широко применяется в гражданских
отраслях — строительстве, добыче полезных ископаемых, машиностроении. Рынок
промышленной взрывчатки в России превышает $ 300 млн. Кроме того, ситуация
в стране немного, но меняется, увеличивается финансирование науки, госзаказ.
ГИПХу надо возродить кооперацию с конструкторскими бюро и промышленностью.
Сменить архаичную структуру управления.
Прежде всего постараюсь
сохранить то, что еще можно сохранить. Чтобы как минимум не увеличивался разрыв
между нами и другими странами, работающими в этой отрасли. А разрыв растет.
Вот, посмотрите, данные за 2003 год по оборонным заказам в США. «Локхид-Мартин» — $ 21,9 млрд., «Боинг» — $ 17,3 млрд. Наш конкурент по
ряду позиций «Рейтеон» получил подряды на $ 7,9 млрд. — это
больше половины оборонного бюджета России. Нам в этой ситуации нужно провести
мобилизационное свертывание отрасли до ядра, основы. Не бежать в панике, как
сейчас, а отступать стройными рядами, готовясь к лучшим временам.
— Вы верите, что это возможно?
— Хочу верить. Ведь
бывали хуже времена.
— Как скажутся на оборонной отрасли структурные перемены в
правительстве?
— Министерство
промышленности, науки и технологий РФ в его прежнем виде мало чем могло помочь
промышленникам, ученым и технологам. Оно было предназначено для того, чтобы
собрать информацию и доложить ее наверх. Лучше ли стало?
Поживем — увидим. Полагаю, что
будущее не за министерствами, а за крупными корпорациями, которые выполняют
весь комплекс задач, от научно-исследовательских разработок до серийного
производства.
— На ком же сегодня держится отрасль? К кому идете, когда нужно
что-то «пробить»?
— Очень многие функции
переданы генеральным конструкторам. Это настоящие подвижники. Я недавно был у
Игоря Дмитриевича Спасского, известного конструктора подводных лодок. Он почти
мой ровесник. В глазах огонь, закладывает новые проекты, которые будут
реализованы в две тысячи каком-то году. Я еще не был назначен, только намекнул
ему, что поступило такое предложение. Он что, думаете, начал со мной коньяк
пить по этому поводу? Нет, сразу вызвал своих специалистов и провел техническое
совещание по водородной энергетике.
Тут же загрузил меня своими
задачами. Я зашел к Юрию Семеновичу Соломонову, генеральному конструктору
«Тополей», и тоже вышел от него «озадаченный». Вот ведь
люди. Они не дожидаются, пока я получу какие-то лампасы, погоны. Нет, работай!
Пока в стране есть такие генеральные конструкторы, как Ю.С.Соломонов,
Г.А.Ефремов, Н.А.Селезнев, И.Д.Спасский и другие, — не пропадем. Это самородки,
их надо заносить в Красную книгу...
Труд, 05.05.04 г.
Хайтек подкрался незаметно (о современном состоянии и перспективах российского
ВПК)
От высоких технологий у нас на заводах осталось
0,3 % продукции. Такова российская доля в мировом хайтеке. Фантазеры
в отечественных КБ все еще рисуют проекты космических самолетов, способных за
час долететь из Москвы до Токио, Нью-Йорка, Сиднея.
А то и вовсе собираются на Марс. Это все, конечно, от безденежья. Понять можно. Много хуже, когда сочинением невыполнимых
программ занимаются отнюдь не бедные чиновники,
призванные принимать государственные решения.
О высоких технологиях ныне принято вспоминать больше по праздникам. Или в связи с особыми обстоятельствами.
Такими, скажем, как смена правительства. В перетасованном
кабинете хайтек (точнее, что от него осталось) пока второпях рассовали по новым ведомственным клеточкам. Науку отделили от промышленности, космос от
авиации и так далее. Короче, все
как всегда радикально перестроили.
Вслед за этим немедленно вздыбилась очередная волна административного восторга. Дескать, уже завтра страна соскочит с нефтяной иглы и, найдя точки технологического
роста, покажет всем кузькину мать. Вновь речь о каких-то чудодейственных «моделях развития»,
обещаниях потока инвестиций и близкого
перелома. Новое правительство бодро двинулось вперед, наступая на старые грабли.
В мире оборонная промышленность нигде не отдана
полностью на откуп бизнесу. Государства жестко контролируют названный
сектор. Выделяют соответствующие бюджетные
средства. Парламенты расходы утверждают. Это азбука. Формально и Россия
вроде бы что-то стала понимать в ней. Однако
ни финансирования, ни прозрачности
в расходовании средств почему-то не получается. Ныне действующий бюджет в части военных затрат кабинет Хасьянова разбросал по разным разделам так, что
собрать воедино его никак невозможно. С одной стороны, Россия на оборону
истратит вроде бы $ 14-15 млрд.,
с другой — почти вдвое меньше. Такая же
непонятная картина по закупкам оружия:
отпущено то ли $ 11 млрд., то ли $ 6 млрд. Путаем
вконец сразу всех: иностранных шпионов и собственного
налогоплательщика, думцев и сенаторов.
Цифры же, заметим, даже в максимальном
значении не производят сильного
впечатления. Скорее — удивляют.
Для сравнения: оборонный бюджет
США — $ 400 млрд. Деликатно
обходя названную «неадекватность»
стороной, наша власть вновь
и вновь пытается создать видимость позитивных сдвигов в хайтеке, включая оборонный сектор. Ушедшее правительство грешило тем, что хронически опаздывало с утверждением оборонных статей бюджета. Поэтому на предприятиях вместо запуска производственных циклов в начале каждого года едва ли не весь первый квартал продолжались разброд и шатание. В последний период кое-что с финансированием
было поправлено. Военным ведомствам,
в частности, «категорически
предписали» при закупках военной продукции проводить торги. Начали отрабатывать практику даже
так называемого трехгодичного контракта.
Постарались исключить из процесса торгов посредников. Приоритетным направлением госзаказа объявили ракетную технику. Но дальше, как сказано, кабинет рухнул. Иных начальников в ведомствах уже нет. В других руководящих креслах появились совсем новые люди. Короче, надо начинать сначала.
Минобороны в своей закупочной политике
до последнего времени делало главную ставку на стратегические комплексы «Тополь-М». Эти ракеты, как уверяют их создатели из Московского института теплотехники (МИТ), способны преодолевать все мыслимые системы ПРО. Только такое оружие, вторят
конструкторам военные, может гарантировать
нашу национальную безопасность. Ракеты
разработки МИТа теперь ставят даже
на атомные подводные лодки четвертого поколения. Одну из таких АПЛ — «Юрий Долгорукий» — кстати, с финансовой помощью Москвы,
начали строить еще 8 лет назад. До спуска на воду, как утверждают, остается еще года два. Вторую же лодку — «Александр Невский» — заложили
совсем недавно. Четвертое поколение
АПЛ, по замыслу военных, должно составить
основу наших ВМФ в первой половине
текущего века. Сколько же лодок окажется всего при таких темпах строительства?
Страну, напомним, окружают 14 морей. В дореформенные времена боевое дежурство несли 150 АПЛ.
Острейшей проблемой ОПК становятся
не только инвестиции, но и производственные
кадры. С марта нынешнего года
400 ведущих разработчиков
военной техники должны получать к окладам дополнительную президентскую стипендию в размере чуть более $ 600. Эти поощрения
достанутся опять же научному генералитету.
А как быть с рядовым персоналом? Испанские
зарплаты ему точно не грозят. На начало
минувшего года 40 % предприятий
оборонки находилось в состоянии банкротства
или близко к тому. Заводы оставались
загруженными лишь на 15 %. А
износ основных фондов поднялся уже до 80 %. Это порог, утверждают эксперты, за которым наступает технологическая
смерть. Средний возраст рабочих в отрасли
приближается к 60 годам. Специалисты
за эту планку уже перешагнули. Зарплата
остается крайне низкой: как минимум на 15 % ниже, чем в целом по России. В НИИ и КБ чем в целом по
России. В НИИ и КБ сроки завершения
исследовательских работ увеличились
вдвое — с 6 до 12 лет. Страна, утверждают
эксперты, теперь может производить
только морально устаревшие образцы вооружений. Темп обновления сухопутных
«Тополей-М», сообщает МО, не
превышает десятка ракет в год. При
такой динамике даже нынешнего века
не хватит для полной замены тех комплексов, что стоят на боевом дежурстве.
Но это не страшно, успокаивает нас
министерство: «Тополь» устроен так, что его можно совершенствовать
до бесконечности, впрочем, как и другую технику. Под звуки фанфар в конце
минувшего года на территории Белоруссии
введена в строй РЛС «Волга».
Она якобы закрыла брешь в наземной
сети наблюдения за спутниками и ракетами,
образовавшуюся после уничтожения радара
в Латвии. Шесть лет ушло лишь на модернизацию
этого чуда техники. Всего теперь в
системе предупреждения о ракетном
нападении насчитывается семь крупных радаров. И лишь белорусская «Волга»
выполнена пока в полностью цифровом варианте. Американцы за время переделки
названной станции, кстати, успели построить четыре совершенно новые и несравнимо более мощные РЛС.
Бить конкурента на его территории
Десятки авиационных и космических предприятий Москвы и столичной области все
еще никак не пройдут через жернова приватизации. Ни рынка, ни соревновательности,
утверждают эксперты, в этом процессе не наблюдается. Однако не только приватизированные,
но и унитарные предприятия обязаны заниматься коммерческой деятельностью и извлекать
из нее прибыль. В связи с этим возникают любопытные коллизии. Имеется, скажем,
головной космический институт ЦНИИМаш (г. Королев), хорошо известный специалистам.
По роду деятельности он почти на 80 % занят выполнением госзаказов. Норма
прибыли по ним, утверждает руководство института, составляет смешную величину.
Она много меньше, чем в бизнесе. На нее не проживешь. Как быть? ЦНИИМаш не един
в своей «уникальности», таких учреждений в оборонке много. Нужен,
считают в институте, проект федерального закона о государственных научных центрах,
который бы определил роль таких организаций, порядок их финансирования и налогообложения.
Вроде бы, все правильно. Только разговоры об этом кончаются ничем. Лидер ракетного
двигателестроения — «Энергомаш» (г. Химки) —
до сих пор содержит за свой счет ряд мощных стендовых баз. Государство никак
не может решить — списывать их или не списывать? Еще в 1992 году двигателисты
прошли через все прелести «обнуления госзаказа». Еще через три года
предприятию разрешили выйти на внешний рынок. «Энергомашу» на тот
период удалось на американской площадке «победить» американских
же двигате-листов. Состоялось три запуска американских ракет «Атлас»
с использованием на одной из ступеней российских двигателей. На этом праздник
для «Энергомаша» кончился. Предполагалось, что американцы приобретут
до сотни двигателей. Купили вроде бы только восемнадцать, заплатив за каждый
по $ 10 млн. Куда ушли полученные деньги — не знает никто.
<...>
Синдромы отменяются
Спасти оборонку и космос ушедшее правительство обещало с помощью ФЦП «Реформирование
и развитие оборонно-промышленного комплекса (2002-2006 годы)». В качестве
ключевой подавалась идея объединения отдельных приватизируемых предприятий в
холдинги и концерны. По части космоса слияний не произошло. Может быть, потому,
что имеющиеся ракетно-космические производства уже сами по себе достаточно крупны.
В авиастроении и производстве зенитных ракет кое-что новое лишь обозначилось.
Примером интеграции может служить создание «Концерна ПВО «Алмаз-Антей».
В него вошли 46 предприятий, включая, в частности, столичный завод «Авангард»,
а также ряд производств, размещенных в Московской области. На них работают свыше
100 тыс. человек. Годовой оборот объединения — свыше $ 1
млрд. Что дало предприятиям объединение в концерн? Говорят, что стало
больше заказов, пошел частный капитал, прибавилась зарплата. И все же идиллическая
картина при более внимательном рассмотрении разваливается на тусклые фрагменты.
Загрузка концерна по линии оборонзаказа после всех реформации так и не поднялась
выше 30 %. Основная мечта — вырваться с самостоятельными поставками
продукции в Китай и Вьетнам, которые все еще покупают наши комплексы С-300 ПМУ.
Если таковая осуществится, 'то концерн обещает потратить часть полученных средств
на создание новой системы С-400 «Триумф». В какой-то перспективе
не исключается разработка совсем уж современного комплекса, так называемой единой
межвидовой ЗРК нового поколения.
Торжественные оды слагаются и в
честь корпорации «Иркут». Она поглотила фирму «Бериев»,
ОКБ «Русская авионика»,
намерена купить контрольный
пакет акций столичного ОКБ им. Александра Яковлева. К чему это реально приведет — пока не знаем. Да, когда-то авиазавод в Иркутске — с него и начинается нынешний
«Иркут» — крупными сериями (по нескольку сотен в год) поставлял самолеты всех наших ведущих КБ на внутренний рынок и в два с лишком десятка
стран мира. А что сегодня? Основные
надежды связаны с участием
в модернизации Су-27 и Су-30 для Китая и Индии. Говорят о каком-то
великом прорыве с самолетами «Бериева»
и «Яковлева» на все рынки планеты, включая США. Но все это опять же на уровне каких-то далеких проектов.
А «мощный приток инвестиций» оказывается
на деле лишь размещением акций корпорации на сумму в $ 127 млн. То есть грохочет вселенский гром, но неизвестно, по какому поводу.
Перед самым падением кабинета Минобороны
сообщило о готовящемся тендере по оборонному заказу стоимостью примерно $ 4,5 млрд. Потратить
их предполагалось на закупку
комплексов С-300 и С-400, на модернизацию
самолетов Су-24, Су-25, Су-27 и, возможно, на приобретение вертолетов Ми-28 и Ка-52, испытания
которых, кстати, так до сих пор и не завершены.
Это как раз те деньги, которые могли бы стать синицей в руке ОПК, в отличие от прочих журавлей в небе. Но мы вновь не знаем: будут ли они потрачены по старым бюджетным правилам или полежат до появления новых?
Процесс принятия главного финансового
документа страны вновь радикально
меняется. Вместо четырех чтений
в Думе останется три. Синдром первого квартала отменяется.
Вследствие нацеленности финансирования на результат бюджетная эффективность повысится на 20-30 %. К концу года решится вопрос с приоритетами
бюджетной политики сразу на три года вперед. Возможно, появятся совершенно новые целевые программы. Но количество субъектов
бюджетного планирования урежут со 111 до 32. Да, и самое-то главное: планирование и исполнение бюджета «подвергнутся гласности». Правительство
не только будет распределять средства,
но и — представить даже трудно — отвечать
за их использование. Такие вот оптимистические перемены ждут нас в светлой перспективе. Остаются, правда, досадные детали. Скажем, утечка капиталов из страны в размере 20-25 млрд. долл./год
пока так и не остановлена. С такой прорехой
даже подвергнутый гласности бюджет
повернуть лицом к высоким технологиям, увы, никак не получится.
Московская промышленная газета, 29.04-05.05.04 г.
НПК «Иркут»
НПК «Иркут» погасила 3-й купон облигаций 2-й серии на 127,155 млн. руб.
Научно-производственная корпорация (НПК) «Иркут» выплатила
127,155 млн. рублей в счет погашения третьего купона трехлетних облигаций второй
серии.
Купонная выплата на одну облигацию номиналом 1000 рублей составила 84,77
рубля, процентная ставка — 17 % годовых.
Погашение следующего купона состоится 3 ноября 2004 года, на каждую бумагу
будет также выплачено 84,77 рублей из расчета процентной ставки 17 % годовых.
Интерфакс, 05.05.04 г.
Концерн ПВО «Алмаз-Антей»
Годовое собрание акционеров Нижегородского машзавода пройдет 4 июня
Годовое собрание акционеров ОАО «Нижегородский
машиностроительный завод» (один из крупнейших российских производителей
артиллерийского вооружения и средств ПВО, входит в концерн «Алмаз-Антей»)
назначено на 4 июня 2004 года.
Список лиц, имеющих право на участие
в годовом собрании, составлен по данным реестра акционеров на 15 апреля 2004
года.
Акционеры планируют утвердить годовой
отчет общества, бухгалтерскую отчетность за 2003 год, в том числе отчет о прибылях
и убытках, распределение прибыли и убытков по результатам финансового года,
переизбрать совет директоров и ревизионную комиссию, утвердить аудитора на 2004
год.
На 11 мест в совете директоров рекомендовано
15 кандидатов. В нынешний совет директоров входят 6 представителей ОАО «Концерн
ПВО «Алмаз-Антей», 2 представителя группы компаний «Каскол»,
по одному представителю Нижегородского машзавода, ОАО «ГК «Востоквнешторг»
и ООО «Аудиторская фирма «София».
Совет директоров рекомендовал собранию
утвердить аудитором общества аудиторскую фирму «Юмита» (Нижний Новгород).
Завод предполагает выплатить дивиденды
за 2003 год, однако отказались назвать их размер, а также чистую прибыль за
прошлый год. За 2002 год завод выплачивал дивиденды из расчета 10 копеек на
одну обыкновенную и 28 копеек на привилегированную акцию номиналом 10 копеек.
Предприятие, в частности, производит
средства радиолокации систем и комплексов ПВО, артиллерийское вооружение, реакторное
и вспомогательное оборудование для флота и атомной энергетики.
Интерфакс, 06.05.04 г.
ОАО «Ковровский
механический завод»
Балансовая прибыль Ковровского механического завода сократилась в 1-м квартале
в 7,7 раза до 4,8 млн. руб.
Балансовая прибыль ОАО «Ковровский механический завод»
/г. Ковров, Владимирская область, производство стрелкового оружия/ сократилась
в первом квартала 2004 г. по сравнению с аналогичным периодом прошлого года
в 7,7 раза до 4,8 млн. руб.
По чистой прибыли получен нулевой результат против 25 млн. руб. в первом
квартале прошлого года. Прибыль от продаж сократилась в 2,4 раза до 23,5 млн.
руб.
Снижение прибыли вызвано отсутствием экспортных поставок, в том время
как годом ранее были осуществлены крупные поставки. Во втором квартале завод
предполагает осуществить экспортные поставки и увеличить прибыль. Выручка от
реализации продукции возросла на 8 % до 190 млн. руб. Выпуск продукции
в себестоимостном выражении увеличился на 34,4 % до 164 млн. руб. за счет
роста поставок Минобороны РФ.
Долгосрочные и среднесрочные кредиты банков составили 350 млн. руб.
Кредиторская задолженность возросла в 4,9 раза до 234 млн. руб., дебиторская — в 3 раза до 344 млн. руб.
Прайм-ТАСС, 07.05.04 г.
ОАО «Прибалтийский
судостроительный завод «Янтарь»
Судозавод «Янтарь» сформировал пакет заказов на ближайшие пять
лет
ОАО «Прибалтийский судостроительный завод «Янтарь»
(Калининград) сформировало пакет заказов на ближайшие пять лет. В частности,
одним из недавних заказов является строительство двух десантных кораблей для
ВМФ России. Контракт на строительство судов был подписан в начале апреля.
В 2004 году рамках выполнения заказов Минобороны завод продолжит строительство
сторожевого корабля «Ярослав Мудрый», которое ведется с 1989 года
и может быть завершено в 2005 году. Кроме того, возобновится строительство корвета
«Новик» (готовность судна составляет 11,5 %). Предполагается,
что корвет будет использоваться в качестве учебного корабля нового поколения.
В текущем году предприятие также продолжит строительство судов для морской
пограничной службы и выполнение заказов по ремонту кораблей Балтийского флота.
Представитель судозавода отметил, что в 2004 году «Янтарь» сделал
«серьезные шаги в коммерческом зарубежном судостроении [строительстве кораблей
по зарубежным коммерческим заказам], где портфель заказов сформирован на три
года вперед».
Интерфакс, 05.05.04 г.
ГУП «Казанский
завод «Электроприбор»
Казанский завод «Электроприбор» акционируется с уставным капиталом
265.359 млн. руб.
Минземимущества Татарстана утвердило 6 мая 2004 года план приватизации
ГУП «Казанский завод «Электроприбор». Уставный капитал
одноименного ОАО составит 265.359 млн. руб.
В него входят 7.546 га земли стоимость 21.612 млн. руб., объекты мобилизационного
назначения общей остаточной стоимостью 9.742 млн. руб. За государством первоначально
будут оставлены 100 % акций общества.
Как сообщил министр земельных и имущественных отношений Валерий Васильев,
не исключено, что в дальнейшем «Электроприбор» войдет в одну из российских
корпораций. По словам гендиректора завода Геннадия Дивавина, речь может идти
о корпорациях «Авиакосмическое оборудование», «МиГ»,
«Сухой», при этом 51 % акций останется у Республики Татарстан.
По итогам 2003 года предприятие получило чистую прибыль в размере 43.3
млн. руб. «Электроприбор» основан в 1917 году и является одним из
старейших предприятий авиационного приборостроения России. В настоящее время
завод выпускает более 200 наименований систем и приборов, используемых на всех
типах самолетов, вертолетов и авиадвигателей, производящихся в России и СНГ.
В настоящее время 80 % объемов производства приходится на выпуск спецпродукции.
Завод активно сотрудничает с ОАО «КамАЗ», ОАО «Казанский вертолетный
завод». Основными видами выпускаемой продукции являются системы сигнализации
о пожаре (на них приходится 15 % объема производства), системы регулировки
температуры (13.4 %), приборы термометрия (29 %), тахометрии (9 %).
AK&M, 06.05.04 г.
За рубежом
Boeing приобрел разработчика беспилотных летательных аппаратов Frontier
Systems Inc.
Boeing приобрел компанию Frontier Systems Inc. — разработчика беспилотных
летательных аппаратов (БПЛА) A-160 Hummingbird и Maverick. Параметры сделки
не раскрываются.
С покупкой новой компании Boeing добавляет в свое портфолио беспилотные
системы, такие как Joint Unmanned Combat Air System X-45, ScanEagle и другие
проекты, находящиеся в разработке.
Frontier Systems была создана в 1991 году. На сегодняшний день ее штат
состоит из 70 сотрудников.
AK&M, 05.05.04 г.
|
